Все попытки Жюстин вписаться в современное общество, жить по правилам, оканчиваются провалом. Далее вместе с потерей смыслов у неё происходит усиление подавленного состояния и страха приближающейся смерти.

Жюстин вновь оказывается в особняке у своей сестры. На этот раз она совсем слаба: не может принимать пищу и мыться, всё спит и спит, пока меланхолия поглощает её «я». Продолжается это не долго. Острый период заканчивается окончательным обрывом всех социокультурных связей и героическим смирением с этим. Так Жюстин обретает внутреннюю свободу перед концом света, а точнее - она гаснет раньше него. Теперь Жюстин спокойно принимает пищу, моется и загорает у реки обнажённой под холодными лучами Меланхолии, ласкающими её красивое тело мертвенно бледным светом.

Планета Меланхолия подлетела совсем близко к Земле. Жюстин в замке спокойно ждёт конца. Муж Клэр уже покончил с собой в конюшне. Сама Клэр с сыном попытается найти место укрытия, но не находит его и возвращается обратно в замок. Клэр предлагает сестре встретить смерть достойно «всем вместе на террасе дома». Жюстин отвергает это предложение. Для неё не имеет никакого значения как и где это произойдёт.

Земля вот-вот погибнет. Жюстин спокойна, она не испытывает боли от жалости к себе и людям. «Люди – зло», - говорит она, еле сдерживающей себя от паники, Клэр. Жюстин считает (но говорит, что знает точно), что жизнь на Земле возникла случайно, поэтому больше её нигде нет. В уничтожении Земли она видит пользу для людей.
Истекают последние минуты жизни героев. Чтобы не травмировать этими переживаниями ребёнка, Жюстин придумывает сказку о «магическом шалаше», который якобы может всех их спасти. В лесу они собирают ветки и на пустыре складывают из них остов домика – иллюзию укрытия. Залезают вовнутрь, берутся за руки, закрывают глаза и...

Сила «магического шалаша» не сработала. Вообще условность этого укрытия от катастрофы космического масштаба поражает отсутствием каких-либо шансов на выживание, вопиет о беззащитности. Меланхолия огромна и безжалостна, вместе с земной колыбелью она уничтожает детские иллюзии человека относительно себя. Получается, что этот худой шалашик, построенный героями фильма, по сути, и есть вся социокультурная жизнь человека, за которой он стремится спрятаться от невыносимой боли, вызываемой столкновением с действительностью. У меланхолика высокая чувствительность нервной системы, он очень раним. И его смирение с этой болью равносильно смерти. Мир гаснет вместе с ним, жизнь теряет всякий смысл. Поэтому среди меланхоликов много самоубийц.
Ларс фон Триер рассказывает о меланхолии последовательно, подробно и искренне. В фильме дискредитируются ритуалы, идеалы, ценности европейской культуры и в целом человеческий род. Авторский взгляд выражает крайнюю степень неприятия жизни в таком виде, в котором она существует. И смерть героев фильма знаменует собой исчезновение причины стыда от порочащей их связи с жизнью. В позиции Жюстин режиссёр видит нечто героическое. Однако в основе её точки зрения содержится злость. И это обстоятельство всё же заставляет думать не о героизме, а об эгоизме. Из психологии известно, что за упрёками меланхолика в адрес себя и человечества на самом деле скрывается переживание потери объекта любви, предшествовавшее этому состоянию. Получается, что злоба Жюстин связана с не реализовавшейся жаждой обладания, по сути, являющейся чувством эгоистическим. Но каждый человек потерю объекта любви переживает по-своему. И боль от этой потери может трансформироваться у него как в ненависть к человечеству, так и в самые нежнейшие, светлые чувства.

Автор: О. Чижевская